Всё началось с той самой ночи, когда старший брат, Хиро, исчез, оставив младшему, Юки, лишь разбитый плеер с одной-единственной песней. Спустя десять лет Юки, теперь студент музыкального колледжа, случайно находит в архивах старой студии черновик нот, подписанный почерком Хиро. Это не просто мелодия — это зашифрованное послание, указывающее на заброшенный концертный зал на окраине города, где братья когда-то дали свой первый и последний совместный концерт. Вместе с соседкой по общежитию, звукорежиссёром Миюки, Юки начинает расследование, но быстро понимает, что за исчезновением Хиро стоит не просто трагедия, а жестокая сделка с музыкальным продюсером, который использует талантливых исполнителей как расходный материал. Каждая найденная подсказка — старый билет, обрывок афиши, затертая кассета — приближает Юки к правде, но одновременно ставит под угрозу его собственную жизнь. Продюсер, узнав о поисках, начинает охоту, и Юки приходится бежать, попутно собирая разрозненные фрагменты прошлого, чтобы восстановить полную картину. В финале он оказывается в том самом зале, где когда-то оборвалась карьера Хиро, и находит не просто брата, а его застывшую во времени голограмму — последнюю запись сознания, которую продюсер использовал для создания идеального виртуального исполнителя.
Юки предстоит сделать невозможный выбор: либо оставить Хиро в цифровом плену, где он вечно молод и поёт для миллионов, либо уничтожить сервер, стерев последнее доказательство того, что брат вообще существовал. Миюки, рискуя карьерой, взламывает систему безопасности, и в этот момент Хиро — не программа, а настоящий призрак прошлого — впервые за десять лет заговаривает с Юки через старый динамик. Он просит не жалеть его, а сыграть ту самую песню из плеера, но уже вдвоём, как в детстве. Юки садится за расстроенное пианино, Миюки включает запись, и зал наполняется звуком, который ломает алгоритмы удержания сознания. Голограмма начинает мерцать, рассыпаясь на пиксели, и в последние секунды Хиро улыбается, показывая, что на самом деле он всё это время был рядом — в каждой ноте, которую Юки сочинял в одиночестве. Сервер взрывается, продюсер арестован, но Юки не чувствует потери. Он забирает из пепла только одну вещь — старый медиатор, прожжённый с двух сторон, и выходит на улицу, где впервые за долгие годы слышит не шум города, а тихий, почти неслышный ритм собственного сердца, бьющегося в унисон с той самой песней, которую они дописали вместе уже после смерти.
